Разговор о прошлом, с настоящими в надежде на будущее

Разговор о прошлом, с настоящими в надежде на будущее

В прошедший четверг в Кармиэле в клубе «Микст» состоялась встреча с замечательной творческой династией — с Леонидом Сорокой и Владимиром Сорокой.

Глава департамента демографического развития, а также сам талантливый музыкант и бард Михаил Гинкер тепло представил обоих участников, с которыми его связывает давняя личная дружба.

Казалось бы, привычный творческий вечер, направленный на поддержание нашего духа в предпраздничной суете Рош-А-Шана, вдруг окрасился театральными красками семейного капустника.

Смех, рожденный реакцией на стоящую литературную шутку, увеличивает не только длительность хорошего настроения, но и самой жизни.

Вчера смеялись много, хотя по совести, Леонида Сороку назвать веселым поэтом можно, зная только небольшую часть его стихов.

Чем глубже ныряешь в его лирику, тем точнее определяешь исповедальный стиль его поэзии.

Удивительно, но Леонид Сорока трогательно негромкий и очень самокритичный человек, интеллектуал гуманитарий, в своих стихах обнаруживает изрядную декларативность, а иногда резкость.

Всё прыгаем козлами молодыми.

Со стороны себя не увидать.

В пару коньячном и табачном дыме

Такая разольётся благодать!

Своих поймём по слову или фразе,

Хоть молодость растаяла вдали.

Тех ранних лет мотивчик неотвязен,

Когда мы чушь прекрасную несли.

Но мы всё так же скачем, как мальчишки,

Хотя врачам быть впору начеку,

Хотя давленье скачет и одышка,

И колет подозрительно в боку.

Но сами-то, себя в упор не видя,

Мы верим, что с тобою пацаны.

На тех, кто посмеётся, не в обиде.

Пускай их, ведь и вправду мы смешны.

Отдельная глава творчества поэта – любовь к Киеву.

Красивая, грустная, без вычурности и патетики, нежная поэзия ностальгии, не столь о геометрии того пространства, сколько о плотности воспоминаний и переоценки отголосков прошлого

Изумрудное чудо Растрелли
на ладони держал над Днепром
этот город. А мы в нем сгорели,
только пепел остался да гром.

Было весело в нём, было грустно,
встречи — в шутку, разлуки — всерьёз.
Он спускал нас Андреевским спуском,
как взрывник — поезда под откос.

Образ рассказчика у Леонида неоднозначен, это – романтик в поиске ответов на все вопросы мира.

Только через навязчивые рефлексии поиска он выстроит замок, в котором сможет жить долго и счастливо.

В поэзии Володи Сороки другой стержень, другая химическая формула таланта.

В ней нет задушевности, как в поэзии отца.

Литературная форма поэзии Володи Сороки – щедрая доза юмора с небанальным оценочным мнением, самопародия, энергичная злободневность и аллегоричность – вот первое, что приходит на ум после цикла его песен.

Володя – прекрасный актер и стендапист, ведущий зрителя за собой с ловкостью профессионального сатирика, а красиво исполненная ирония – очень востребованный жанр в современном пространстве полемичности.

Его бытовые зарисовки, жизнь в социальных сетях, житейские наблюдения – выливаются то в песню, то в притчу, то в просто случай, забавный или не очень.

Возьму на себя смелость процитировать, но конечно половина интриги теряется.

Ниже его отклик на прошедший в ФБ флэш-моб: «Меня не взяли». Каждый тогда стал вспоминать своё. Лирическая героиня Владимира тоже.

* * *

Меня не взяли в стюардессы МАУ!

Душа моя усиленно болит!

Потом какой-то поц сказал мне: «Вау!»

 Но все-таки, не взял в «Аэросвит».

Потом один с таким огромным носом

 (а кто их знает, может и еврей)

Меня замучил каверзным вопросом

И в стюардессы, гад, не взял Wizzair.

Нет, не сдавалась я, на горизонте

Маячила надежда: «Счастье есть!»

Но пала я как будто бы на фронте,

когда меня не взяли в Emirates.

И знаю я, что будет все прекрасно,

Ведь я умна, красива, на виду!

Но кажется, что все-таки напрасно,

Я к завтрему в «Белавию» пойду.

Или такое. Министр экологии Израиля в своё время нарушила карантин и уехала к родственникам в Тверию, призвав граждан носы не высовывать. Министру не повезло — заразилась Ковидом. Несмотря на всяческие запреты и угрозы для нас, её никак не наказали. Что и подстегнуло Владимира на написание этого четверостишия:

И без напряга, без одышки,

И с вдохновением притом

На нас привыкли писать с вышки,

А мы стоим с открытым ртом!

Нешаблонная составляющая литературного вечера отца и сына, диалог-дуэт, продемонстрировал стилистически разную, но одинаково настоящую литературу.

Два мастера слова играли с залом в бадминтон историями, байками и песнями, во всеобщем пересмешничестве и шутовстве родилось пространство единения совершенно незнакомых людей, что и явилось прекрасным итогом вечера, длившегося почти два часа.

Валерия Мильднер,

ИСТОЧНИК

Фото автора

Check Also

День Алии отметили ярмаркой

В пятницу, 15 октября с площади возле муниципалитета доносились звуки музыки. И когда мы приблизились, …

  • RSS