Невероятная история, настоянная на чистом спирту

В Кармиэле живёт замечательный писатель. Хоть сам себя он не очень-то таковым считает. Владимир Флеккель, (на верхнем фото крайний слева) в прошлом военврач-хирург, полковник, много лет проведший на службе в отдалённых гарнизонах на Крайнем Севере, позднее – заведующий отделением одной из крупных московских больниц, в течение нескольких лет врач футбольной команды «Спартак». Жизнь его полна столькими невероятными событиями, что не требует от него ничего выдумывать. И часто его рассказы вполне документальные полны иронии и юмора. Один из рассказов, который связан с вечной темой любви к «насчёт выпить» мы сегодня предлагаем нашим читателям.

Леонид Сорока, руководитель кармиэльской Литературной гостиной

Владимир ФЛЕККЕЛЬ

ЭКСПЕРИМЕНТ

Определить истинные размеры медицинского пункта удалось только где-то в июне, когда солнце и теплый воздух растопили, наконец, весь снег с северной стороны здания и позволили открыть двери подсобных помещений, занесенные под самую крышу.

В угловой маленькой каптерке хранился всякий хлам, списанная физиотерапевтическая аппаратура и много прорезиненных мешков, внутри которых оказалось неисчислимое количество костылей и тростей. Вероятно, каждый прибывающий в Заполярье человек, по мнению снабженцев, был обязан что-нибудь себе сломать.

О содержимом другой каптерки можно было с уверенностью сказать, не заходя внутрь, — стойкий запах дезинфицирующих средств распространялся вокруг. Огромные бочки с надписью «Лизол», ящики с хлорамином и прочими замечательными средствами, убивающими все живое, стояли аккуратно, как солдаты в строю.

С замками третьей и самой большой кладовой пришлось долго возиться, но упорство и огромное желание узнать, что же хранится за столь надежно запертой дверью победило, и глазам предстало довольно просторное помещение, от пола до потолка заставленное коробками со всевозможными медицинскими препаратами, растворами, ампулами и перевязочным материалом. Этого богатства с успехом хватило бы для медицинского снабжения Армии небольшого государства.

Мой предшественник, трагически ушедший из жизни, по рассказам знавших его людей, был нелюдим, жил в медпункте и месяцами не покидал территорию части. Думать о том, что все это медицинское богатство собрано им по крохам, за счет неимоверно экономного ведения хозяйства, не приходилось, никакая часть не снабжается так обильно и так разнообразно. Создавалось впечатление, что этот одноразово сброшенный сюда и ожидающий своего часа груз, предназначался кому-то другому, но адресату по каким-то причинам не достался. До сих пор источник этих богатств остается для меня загадкой. Но факт оставался фактом,- я являлся единственным и полноправным хозяином этой медицинской пещеры Алладина.

Дабы не искушать судьбу, разделил все это богатство на восемь равных частей и, оставив себе небольшую толику, отправил в свои подразделения, разбросанные по всему Таймыру, и вверх по Енисею до Подкаменной Тунгуски. Офицеры-фельдшера, работавшие там, почти все люди бывалые и прошедшие войну, были несказанно удивлены такому королевскому подарку. Многие годы службы в отдаленных гарнизонах приучили их к невероятной скудности снабжения.

Лишь один медикамент я не делил на восемь и никуда не отправлял. Он скромно стоял в углу склада в двух огромных бочках с надписью «Лизол», но при вскрытии емкостей по помещению стал распространяться до боли знакомый запах. Смущало лишь одно – цвет всемирно известной жидкости был очень необычный, ярко ультрамариновый. Решил отложить исследования продукта до более спокойных времен.

Оно наступило намного раньше, чем предполагал. Азарт первооткрывателя и исследователя не давал спокойно жить. Необходимо было выяснить, насколько этот медикамент пригоден для внутреннего употребления, не опасен ли он для здоровья. Было ясно одно – необходимо действовать так же, как поступали все великие микробиологи. Все пробовать на себе. Ради человечества. Исключительно, ради него.

Попробовал, остался жив, прием препарата в гомеопатических дозах никаких негативных последствий не вызвал. Мало того, по моему непросвещенному мнению, органолептические свойства этой, еще не очень хорошо изученной, жидкости явно превосходили таковые у продукта, производимого местными специалистами.

Следующий шаг состоял в попытке придать продукту благородный цвет, а точнее, лишить его всякого цвета. Используя огромный выбор медикаментов внезапно найденной аптеки, начал экспериментально искать пути превращения ядовито синего монстра в прозрачную святую воду.

Как вы думаете, дорогие читатели, добился молодой и целенаправленный исследователь успеха? Правильно. Мало того, что была достигнута цель эксперимента, и ультрамариновая жидкость моментально превращалась в бесцветную, но именно с этого момента она становилась полезной. Секрет состоял в том, что этот эффект достигался добавлением в спирт аскорбиновой кислоты – витамина С. Реагент хранился тут же в жестяных килограммовых цилиндрах в количестве, намного превышающем необходимое.

Теперь оставалось самое главное – клинические испытания на людях. В успехе этого этапа я уже не сомневался, поскольку был абсолютно уверен, что имею дело с подкрашенным ректификатом. Не скрою, все предыдущие научно-исследовательские шаги сопровождались самоотверженным приемом незнакомого препарата, исключительно, экспериментатором. Чего не сделаешь ради счастья людей!

Не раскрывая всех карт, обратился к главному инженеру части, человеку единственному, кто по-доброму и с пониманием отнесся ко мне, когда я делал свои первые, невероятно трудные шаги в части. Тот, попробовав осветленный продукт, сказал, что заключительную часть исследований необходимо форсировать, и в качестве подопытного предложил использовать Ваську — начпрода, мол, тому все равно жить не хочется.

Тут необходимо небольшое пояснение. Василий был замечательный парень, простой, обаятельный с тонким пониманием юмора. Он прибыл к нам с трехлетним ребенком и беременной женой. Они долго думали, оставлять или прервать беременность. В конце концов, решили судьбу не искушать, и добрый аист принес счастливому Ваське двух девочек. Родители были рады и озадачены одновременно. На зарплату лейтенанта семье в пять человек прожить было нелегко.

Ситуация усложнилась тем, что молодая женщина, спустя совсем немного времени, снова оказалась в интересном положении. На Васькины требования срочно прекратить это безобразие, в принципе согласилась, но сказала, что прежде должна посоветоваться со своей мамой, и укатила куда-то в глухую деревню к родне. Советовались долго, все сроки прерывания беременности прошли, и, наконец, Васька получил поздравительную телеграмму, из которой он узнал, что их команда увеличилась сразу на четырех человек.

Наш начальник продовольственной службы, тут же прозванный «Васька-семеро по лавкам», тихо сказал: «Чем так жить, лучше, не дай Бог, умереть».

Чтобы привести его внутренний мир в согласие с жизненными реалиями, главный инженер притащил его с собой. Но предварительно Ученый Совет разработал детальный и поэтапный план предстоящего эксперимента. Ни в коем случае нельзя было превращать серьезное научное исследование в банальную пьянку, и в то же время у испытуемого не должно возникнуть и тени сомнения в том, что его организм используется учеными в корыстных целях. Наоборот, он должен быть спокоен и уверен в том, что его сослуживцы таким вот простым, а, главное, понятным способом выражают свою радость по поводу его семейных событий.

Вот некоторые детали плана.

Объект исследования – продукт из бочки, разведенный в привычной для северного человека пропорции (полезной части раствора побольше, воды поменьше).

Одноразовая доза – стаканчик. Нет, нет, не тот стаканчик, на дно которого бармен салуна по требованию лихого ковбоя плещет на два пальца виски, а остальное пространство заполняет содовой со льдом. Нет, обычный, наш родной граненый стаканчик емкостью 200 мл.

Каждый прием препарата должен предваряться здравицей в честь членов Васькиной семьи. Но, учитывая тот факт, что испытуемый был не последний человек по части горячительных напитков, этих самых членов семьи решено объединить в группы по датам рождения. Мы не могли допустить, чтобы тосты поднимались за каждого в отдельности, в этом случае медицинская служба понесет просто невосполнимые потери. Три группы – вполне достаточно, учитывая величину дозы. На крайний случай, пусть примет стаканчик (но это уже последний!) и за здоровье обожаемой жены, одарившей его таким счастьем.

Отдельно была оговорена сервировка стола: принимая во внимание неординарность события, предписывалось банальную говяжью тушенку заменить осетровой строганиной и изыском в виде плавленого сырка «Дружба».

Последним пунктом плана разрешалось испытуемому обратиться за медицинским вспомоществованием завтра утром, но только один раз,- в конце концов, здесь не гестапо.

После двухчасового клинического испытания стало ясно, что, во-первых, молодой ученый добился потрясающего результата в создании вкусного и полезного продукта, а, во-вторых, что эксперимент на людях надо срочно прекращать, иначе при дальнейшем контакте начальника продовольственной службы с полутонной драгоценного сырья от последнего ничего не останется.

Оставалось сделать последний шаг – скрыть успех советской науки от экономических разведок недругов. С помощью выздоравливающих солдат перекатил обе бочки в соседнюю каптерку с дез-средствами и поместил их в самую середину группы точно таких же бочек с надписями «Лизол» по бортам. Господи, как же своевременно все было сделано!

Буквально через день — два в медпункт пожаловала комиссия во главе с начальником штаба, майором Иосифом Рабиновичем. Цель – тщательная проверка противопожарной безопасности. Чтоб Иоська самолично проверял эту ерунду – да никогда не поверю! Скорее всего, он по-своему поздравлял и утешал Ваську, и тот сболтнул лишнее. Сопровождал начальника штаба главный инженер части, шутками старавшийся переключить внимание высокого начальства на другие объекты. Но оно было непреклонно. Чувствовалось, что Иоська располагает достоверными сведениями о свободном обращении с медикаментами строго учета. Видимо, поэтому в медпункте были проверены все электроприборы, розетки и штепселя.

Иоська мог простить все, кроме одного – распития спиртных напитков в части… без него. Не подводящий никогда инстинкт медленно, но верно приближал его к заветной двери. Было ясно, что, если последует приказ отпереть дверь, то придется тут же попрощаться с бесценным сокровищем, поскольку в непосредственной близости с целью интуиция не подведет бравого майора. И момент истины наступил:

– Откройте дверь.

То, что произошло сразу же после растворения врат чертога, иначе, как вмешательством потусторонних сил, объяснить невозможно. Нас всех накрыла волна стойкого дезинфицирующего аромата. Лицо Иоськи вдруг покраснело, веки отекли, чихание, слезы и зуд всего тела дополнили картину острой аллергической реакции.

– Закрыть дверь!

Тут же на улице мне пришлось ввести ему тот комплекс препаратов, что в те времена применялись при этом недуге – хлористый кальций и димедрол. Несчастный Иоська медленно побрел в сторону штаба. Больше он такими глупостями, как проверка противопожарной безопасности объектов, не занимался никогда.

Именно с этого момента в моем врачебном мышлении произошел некоторый сбой – я не могу однозначно ответить на вопрос: «Острая аллергическая реакция – это хорошо, или плохо?»

Фоторепортажи смотрите на нашей странице Новости Кармиэля на Фeйсбуке

a-REKLAMA-2

Karin 1074

a-REKLAMA-5
LENA (1)
ZA-MAKLER

Check Also

Шанс для ваших детей

Дорогие друзья, я певица и композитор Лана Соколова. Несколько поколений детей участвовало в разных моих …

  • RSS